Невыплата зарплаты без «личной заинтересованности»: инструкция по защите от уголовного наказания

Какие ошибки допускают суды и следственные органы при квалификации деяний по статье 145.1 УК РФ?

В каких случаях руководитель организации может иметь корыстную заинтересованность в невыплате заработной платы?

Как работодатели могут избежать незаконного привлечения к уголовной ответственности?

Мировой экономический кризис, последствия которого до сих пор не преодолены, достаточно ощутимо отразился на трудовых правоотношениях. И, в первую очередь, на правоотношениях по выплате заработной платы. Многие компании не в состоянии выплачивать заработную плату в прежних объемах, поэтому сокращают штат работников или предлагают программы по уменьшению оплаты труда. Зачастую при банкротстве предприятия работник не получает зарплату за несколько последних месяцев трудовой деятельности.

Дабы защитить права граждан первые лица нашего государства в своих выступлениях призвали правоохранительные органы чаще привлекать к ответственности руководителей компаний за невыплату заработной платы, при этом отмечая необходимость применения именно уголовного наказания.

Мера, безусловно, необходимая, однако, исполняя рекомендации правоприменители, на наш взгляд, стали перегибать палку.

По общему правилу, установленному Трудовым кодексом, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка организации, коллективным договором, трудовым договором (ст. 136 ТК РФ).

За нарушение права работника на своевременное получение заработной платы руководитель может понести следующие виды ответственности: дисциплинарную, административную или уголовную.

Но если дисциплинарная ответственность является внутренней мерой наказания и налагается на руководителя организации в виде замечания, выговора или увольнения, то к административной и уголовной ответственности лица привлекаются по решению компетентных органов или судов.

Автор настоящей статьи не будет детально рассматривать универсальную норму административного права — ст. 5.27 КоАП РФ (нарушение законодательства о труде и об охране труда), но остановится на ст. 145.1 Уголовного кодекса РФ.

Суть уголовной ответственности

Статья ст. 145.1 Уголовного кодекса является сравнительно новой — она была введена лишь 15.03.1999 Федеральным законом от № 48-ФЗ «О дополнении Уголовного кодекса Российской Федерации статьей 145.1» для охраны конституционного права каждого на вознаграждение за труд, без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (ч. 3 ст. 37 Конституции РФ).

Указанная статья предусматривает ответственность руководителя организации, работодателя за невыплату свыше двух месяцев заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных установленных законом выплат, совершенную из корыстной или иной личной заинтересованности. Объективная сторона преступления заключается в невыплате заработной платы. Преступление считается оконченным по истечении 2 месяцев с момента наступления сроков производства обязательных выплат. Субъективная сторона включает вину в виде прямого умысла и мотив — корыстную или иную личную заинтересованность. Субъект преступления специальный — им признается руководитель организации или работодатель–физическое лицо, т. е. индивидуальный предприниматель, нотариус или адвокат.

К сожалению, стремясь выполнить «план» по привлечению работодателей к уголовной ответственности, следственные органы и суды по разному трактуют одни и те же факты и, как правило, квалифицируют деяния с явно обвинительным уклоном. Ниже будут рассмотрены типичные ошибки следственных органов и судов на примере конкретного судебного прецедента. Также в статье даны рекомендации для работодателей по выработке защитной позиции в случае незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Судебный прецедент

Суть спора. Уголовное дело было возбуждено в отношении генерального директора одной небольшой компании, насчитывающей около 20 сотрудников и не имеющей в штате ни юриста, ни грамотного кадровика. Заработная плата большинства простых работников состояла из постоянного оклада и системы премий-бонусов.

Итак, в сентябре 2008 г. один из работников компании Г. посчитал, что ему полагается не 22 000 руб. за сентябрь, а на 3-5 тысяч больше. Начались споры. Работник отказывался получать предложенную заработную плату. Начиная с середины октября, работник перестал выполнять свои трудовые обязанности. В связи с этим в ноябре генеральный директор З. предложил работнику забрать 44 000 руб. заработной платы за 2 месяца и уволиться, если он не желает больше трудиться на прежних условиях (факт попытки передачи зарплаты работнику подтверждался в суде свидетелями и даже самим работником). Работник отказался. Заработная плата в размере 44 000 руб. работодателем была депонирована, а работник — уволен. После указанных событий работник обратился в суд с иском о взыскании невыплаченной заработной платы.

Что решил суд?

Судебное разбирательство длилось в Хорошевском суде более полугода и завершилось парадоксальным решением. Суд признал, что размер заработной платы Г. составляет всего 15 000 руб. и никаких бонусов ему не полагается. Однако в связи с тем, что работодателем не был соблюден предусмотренный Трудовым кодексом порядок увольнения, суд постановил выплатить ему не только заработную плату за сентябрь и октябрь, но и последующие месяцы вплоть до дня вступления судебного решения в силу в апреле 2009 г. Также суд установил, что за сентябрь 2008 г. работнику был выплачен аванс в размере 5000 руб. После вступления решения в законную силу компания погасила задолженность в полном объеме и расторгла трудовой договор в соответствии с законодательством.

Новый поворот. Однако не прошло и двух месяцев, как генеральный директор был привлечен к уголовной ответственности по ст. 145.1 УК РФ, и основанием для привлечения стало Решение Хорошевского суда, которым был закреплен факт невыплаты заработной платы за сентябрь, октябрь, а фактически за 6 месяцев — по апрель 2009 г.

Дело стремительно расследовали, а затем в несколько заседаний сначала мировой судья, а впоследствии тот же Хорошевский суд признал гендиректора виновным и назначил наказание — 6 месяцев лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ — условно с испытательным сроком в течение 1-го года. Для кассационного обжалования осужденный обратился за помощью к автору настоящей статьи. Кассационная инстанция отменила приговор в связи с многочисленными нарушениями и отсутствием в действиях З. состава преступления.

Типичные ошибки квалификации деяний

Ошибки при определении сроков начала и окончания преступления. В приведенном прецеденте суд неверно определил сроки начала и окончания преступления и, как следствие, не был доказан факт невыплаты заработной платы свыше двух месяцев.

Данная ошибка достаточно распространена. Дело в том, что в соответствии со ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка организации, коллективным договором, трудовым договором. Конкретные сроки выплаты заработной платы, а также размеры аванса Трудовой кодекс не регулирует. Иными словами аванс должен выплачиваться в текущем месяце, например 29 числа, а окончательный расчет должен выплачиваться не позднее следующей половины месяца, например 15 числа.

Следственные органы, как правило, допускают следующие ошибки:

— во-первых, считают, что начало преступления по невыплате зарплаты наступает в первый день месяца, за который она не была выплачена. Так, если невыплачена заработная плата за сентябрь, признают началом преступления 1 сентября. Данная ошибка легко доказуема;

— во-вторых, не обращают внимания на внутренние документы организации и презюмируют, что аванс должен уплачиваться 15 числа, а окончательный расчет должен производиться 30 числа. В случае если на предприятии установлен иной порядок выплат, привлекаемым лицам необходимо представить подтверждающие документы следствию или в суд. Зачастую спасительными оказываются именно эти 10-20 дней.

Ошибки при определении субъекта преступления. Согласно норме закона, специальный субъект должен быть руководителем организации либо работодателем—физическим лицом. Таким образом, ни учредитель, ни акционер, ни начальник отдела кадров не могут быть привлечены к ответственности по ст. 145.1 УК РФ. Исходя из буквального толкования понятия «руководитель организации», руководитель обособленного подразделения также не является субъектом рассматриваемого преступления. В случае наличия в организации филиалов или представительств, их руководители не подлежат привлечению к ответственности по ст. 145.1 УК РФ, хотя такие подразделения имеют отдельный баланс, расчетный счет и самостоятельно начисляют заработную плату, а также иные выплаты и вознаграждения в пользу наемных работников. В связи с этим в настоящее время в научной среде обсуждается вопрос о расширении круга субъектов. Однако никаких изменений в законодательство пока не внесено.

Ошибки при определении мотива преступления. Согласно норме закона, совершая преступление, лицо должно руководствоваться корыстной или иной личной заинтересованностью. Поэтому в суде зачастую важно доказать именно отсутствие такой заинтересованности или по крайне мере указать на ее недоказанность. Следственные органы, как правило, ошибочно инкриминируют всем обвиняемым корыстную заинтересованность.

В рассматриваемом нами случае следствие и далее суд указали, что «преступление совершено из корыстной и иной личной заинтересованности с целью минимизации налоговых сборов, имея умысел на использование данных денежных средств в своих личных корыстных целях, направляя данные денежные средства, в том числе, на получение дальнейших выгод из своей предпринимательской деятельности». Указанная фраза является штампом и применяется в подавляющем большинстве случаев. Следственные органы не утруждаются доказывать иную личную заинтересованность и переписывают в обвинительное заключение диспозицию уголовной статьи, указывая исключительно на корыстную цель, которую практически невозможно доказать.

А) «Заинтересованность в минимизации налоговых сборов»

Во-первых, минимизация налоговых сборов свидетельствует об экономии для предприятия, а не лично для генерального директора.

Во-вторых, для подтверждения указанного факта, необходимо доказать желание работодателя вообще не выплачивать заработную плату, а не задерживать ее выплату. Если зарплата была уплачена хотя бы и с 3-х месячной задержкой, предприятие не получает от этого никаких налоговых выгод.

В-третьих, выводы следствия, как правило, голословны, т.к. требуются специальные знания налогового законодательства, для доказательства подобного факта.

Такая заинтересованность трудно доказуема.

Б) «Имел умысел на использование данных денежных средств в своих личных корыстных целях» Следственные органы и суд часто отождествляют понятия генеральный директор и участник или акционер предприятия. Генеральный директор, в большинстве случаев, является наемным работником компании, получающим фиксированную заработную плату. Таким образом, у него практически всегда отсутствует прямая корыстная заинтересованность. Утверждение, что невыплаченные средства были использованы генеральным директором для получения дальнейших выгод от своей предпринимательской деятельности, являются той же ошибкой, когда руководитель отождествляется с участником или акционером компании. Руководитель не ведет собственную предпринимательскую деятельности и не имеет возможности напрямую использовать невыплаченные денежные средства.

Прямую корыстную заинтересованность в невыплате заработной платы генеральный директор может иметь только в трех случаях:

— во-первых, когда при дефиците денежных средств он выплачивает заработную плату себе и не выплачивает другому работнику. Для того, чтобы доказать невиновность необходимо представить документы, подтверждающие наличие денежных средств на счете фирмы или в кассе;

— во-вторых, при хищении генеральным директором невыплаченных денежных средств. Однако для подтверждения этого необходимо возбуждать еще одно уголовное дело по факту хищения;

— в-третьих, когда руководитель, задержав заработную плату, досрочно погасил кредит, сэкономив для компании проценты и, тем самым, увеличив прибыль, или, «прокрутив» задержанные к выплате денежные средства, также получил для компании дополнительную прибыль, которая привела к выплате ему бонусов или повышению его заработной платы. Но на практике фактически невозможно доказать эту заинтересованность при отсутствии имевшего место премирования руководителя или повышения заработной платы.

Думается, что следствию разумнее в первую очередь доказывать «иную личную заинтересованность», которая может быть связана с удовлетворением личных неимущественных интересов: продвижение по службе, удовлетворение интересов «важных» людей, формирование общественного мнения и т. п., однако и эту заинтересованность фактически невозможно доказать при отсутствии каких-либо свершившихся последствий.

В связи с вышеперечисленным ученые-правоведы предлагают изменить норму, заменив указанный признак состава преступления в виде «корыстной или иной личной заинтересованности» на такой объективный признак, как наличие возможности произвести выплаты.

Ошибки при определении размера невыплаченной заработной платы. Размер невыплаченной зарплаты является еще одним камнем преткновения для правоприменителей. Норма закона не указывает на то, можно ли привлекать руководителя за частичную невыплату или любая недоплата образует состав преступления. В настоящее время достаточно часто и необоснованно высказывается мнение, что состав преступления образует лишь полная невыплата, и в случае выплаты хотя бы 1000 руб. в месяц привлечение к ответственности невозможно . Данные утверждения безосновательны. И практика подтверждает, что фактически любая недоплата образует состав преступления, как например, в рассматриваемом нами случае — ведь работник за сентябрь получил 5000 руб. из причитавшихся ему 15 000 руб.

Однако в случае неполной выплаты заработной платы, но в размере большем, чем установленный минимальный размер оплаты труда, думается, что в суде может иметь место следующая правовая позиция. При выплате работнику МРОТ его конституционное право на оплату труда не нарушается, и социальная опасность указанного деяния меньше, чем в случае лишения работника полной заработной платы. В соответствии с этим лицо необходимо привлекать к административной ответственности, а не к уголовной. Однако данное утверждение не бесспорно, так как в любом случае нарушается право на достойную оплату труда.

Единственная возможность для руководителя избежать уголовной ответственности — доказать, что на предприятии работает несколько сотен человек и невыплата заработной платы одному из них является технической ошибкой, которую невозможно было обнаружить, а работник не обращался с соответствующим заявлением. В этом случае отсутствует умысел, а корыстный мотив также недоказуем, поскольку экономия для крупного предприятия является несущественной. Важно помнить и то, что состав преступления будет только в том случае, если невыплата имела место при наличии реальной возможности выплатить заработную плату. В противном случае состав рассматриваемого преступления отсутствует.

Ошибки, допускаемые правоприменителями в связи с изменением понятия «преюдиция» в уголовном процессе. С 01.01.2010 вступили в действие изменения, внесенные в Уголовно-процессуальный кодекс РФ Федеральным законом от 29.12.2009 № 383-ФЗ. Поправки коснулись и ст. 90 УПК РФ, согласно которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. Напомним, что ст. 90 УПК РФ в ранее действовавшей редакции предусматривала, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом без дополнительной проверки, если эти обстоятельства не вызывают сомнений у суда.

Данные изменения стали следствием вынесения Конституционным Судом РФ определения от 15.01.2008 № 193-О-П по жалобе гражданина Суринова Т. Р. Напомним, приговором Басманного районного суда г. Москвы он был осужден за совершение ряда преступлений, вместе с тем выводы обвинительного приговора противоречили решениям арбитражных судов, постановленным с его участием и не принятым во внимание при рассмотрении уголовного дела. Таким образом, гражданские суды признали правоту Суринова, а уголовный суд, не учтя данных фактов, признал его виновным в том, чего он не совершал. Именно для урегулирования возникшего казуса законодатели существенным образом и расширили круг обстоятельств, не подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Споры о непроработанности новой нормы, о внутриотраслевых, межотраслевых преюдициях не стихают до сих пор. Однако ст. 90 УПК РФ продолжает действовать и, как следствие, начинает сформировываться правоприменительная практика. Причем зачастую суды, строго следуя норме права, постановляют приговоры законные по букве, но противоречащие мысли Конституционного Cуда РФ. Как мы видим, указанная норма была введена в связи с ситуацией, когда лицо было незаконно осуждено. Однако из-за того, что наше уголовное судопроизводство имеет явно обвинительный уклон, норма стала действовать совсем в другом направлении.

В настоящее время, фактически любой проигранный гражданско-правовой спор между работодателем и работником может в силу ст. 90 УПК РФ привести руководителя организации или работодателя-физическое лицо на скамью подсудимых. Как это было в приведенном автором судебном прецеденте: следствие и суд фактически признали сроком окончания преступления дату принятия судом решения по гражданскому делу, ведь до этого момента зарплата не выплачивалась. Данный факт, безусловно, нарушает права указанных лиц на защиту.

Во-первых, способы доказывания в гражданском и уголовном процессе разнятся. К примеру, факт подписания соглашения об изменении трудового договора и уменьшении размера заработной платы, в случае утраты оригинала документа в гражданском судопроизводстве не может быть подтвержден свидетельскими показаниями. Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания (п. 1 ст. 162 ГК РФ). Таким образом, работник гарантированно выигрывает суд. В уголовном процессе факт незаконной невыплаты зарплаты уже не должен доказываться, поскольку он закреплен в решении гражданского суда. Создается патовая ситуация: свидетелей, видевших подписание документа, нельзя допросить в гражданском суде, а затем «избыточно» допрашивать в уголовном процессе, так как факт имеет преюдициальное значение и не подлежит доказыванию.

Выход, безусловно, есть, но не в рамках уже возбужденного уголовного дела. Для защиты необходимо заявлять о мошенничестве со стороны потерпевшего. Однако может сложиться ситуация, когда приговор по первому делу будет постановлен и следственные органы не захотят возбуждать новое дело. Таким образом, в настоящее время в связи с несложившейся судебной практикой работодателю значительно безопаснее сначала выдать спорную зарплату работнику, а затем уже судиться и в случае победы взыскивать в суде денежные средства обратно, как неосновательное обогащение. В этом случае даже теоретически у руководителя не возникает опасности быть привлеченным к уголовной ответственности.

Во-вторых, в настоящее время сложилась ситуация, когда небольшие компании не привлекают в гражданском процессе квалифицированных юристов, надеясь справиться своими силами. И проиграв вследствие недостаточной проработки позиции, лицо оказывается перед уже доказанным для уголовного процесса фактом. При этом необходимо отметить, что если в гражданском производстве факты не подлежат доказыванию, только если они установлены решением по делу, в котором участвовали те же лица (ст. 61 ГК РФ), то УПК РФ не указывает на этот признак. В итоге получается, что проигрыш организации в гражданском суде может повлечь неблагоприятные последствия для ее руководителя, который напрямую не участвовал в судебном заседании, и, скорее всего, не задумывался над уголовно-правовыми последствиями гражданского разбирательства.

Итак, мы рассмотрели типичные ошибки судов и следственных органов, допускаемых в рамках уголовных дел, связанных с невыплатой заработной платы работникам. Предложенные нами советы, надеюсь, позволят выстроить грамотную защитную позицию и избежать неправомерного привлечения руководителей организаций и работодателей-физических лиц к уголовной ответственности по ст. 145.1 УК РФ.

Крик

Фактически любой проигранный гражданско-правовой спор между работодателем и работником может привести руководителя организации или работодателя-физическое лицо на скамью подсудимых.

Куприянов Федор Алексеевич, адвокат, канд. юрид. наук, дипломант высшей юридической премии «Фемида». Опубликовано в журнале Уголовные процесс

Главная страница | Статьи и выступления
Федор Куприянов, Москва, ул.Острякова д.3, телефон: +7 (495) 745-15-51 моб. +7 (916) 41-41-239